МАТВЕЙЧЕВ ОЛЕГ АНАТОЛЬЕВИЧ «СУВЕРЕНИТЕТ ДУХА И ДУХОВНОЕ ЛИДЕРСТВО РОССИИ В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ» - Управление - Рассуждения - Каталог статей - Институт Молодежных Инициатив
МАТВЕЙЧЕВ ОЛЕГ АНАТОЛЬЕВИЧ «СУВЕРЕНИТЕТ ДУХА И ДУХОВНОЕ ЛИДЕРСТВО РОССИИ В ГЛОБАЛЬНОМ МИРЕ»
Матвейчев О.А.: Скажите мне, кто смог разрушить огромное государство – Советский Союз? Это мы сами его разрушили, а не кто-то другой. Мы говорили: «А, Советский Союз, за-чем он нужен?» Россия – это же не только Прибалтика, Грузия – регионы, которые отделялись. У них тоже были взорваны информационные бомбы. Но это делали и многие русские, которые говорили: «Россия пусть лучше одна останется. Зачем кого-то кормить? Пусть они сами разру-шают страну». Точно так же разваливали экономику, политические процессы. Информационные войны не менее опасны для государств, для их суверенитета, для их экономического благополучия, для их образа жизни. Информационные войны сегодня – основа всего. Если удается получить контроль за идеологией и мировоззрением человека, за его волей, получаешь контроль над всем. Если госу-дарство умеет навязывать всем какую-то определенную идеологию, оно становится мировым лидером. И это касается не только крупных государств. Вспомним Англию, ведущую политику «Разделяй и властвуй», Америку, постоянно осуществляющую гуманитарные интервенции. Это касается вообще любого, даже маленького государства. Например, помнится такое потрясение несколько лет назад – похороны Римского папы. Есть маленькое государство Ватикан, которое занимает всего несколько кв.км. И когда Римский папа умер, миллиарды человек по всему миру ощутили свою причастность к этому. В Ватикан на похороны съехались несколько миллионов человек. Главное, что все приехали, чтобы проститься, отдать дань памяти. Что такое государство Ватикан, казалось бы? У нас как говорят, что в современном цивилизованном государстве должна быть демократия. А государство Ватикан – это не только не демократия, это – монархия. Причем, абсолютная монархия. И есть догмат даже такой – о непогрешимости Римского папы. Военная мощь какая-то есть у Ватикана? Нет. Несколько гвардейцев швейцарских. Может, дело в экономической мощи Ватикана? Нет. Он живет на пожертвования. Люди в церквях что-то дают. Ренту какую-то они имеют от своих прежних вложений. Теперь представьте себе, что кто-то решил лишить его суверенитета. Кто-то, к примеру, Италия, Америка, НАТО или Россия, оккупировали Ватикан и сказали: «Теперь он наш». Вы только представьте, что бы тогда было! Сколько католиков по всему миру поднялось бы на за-щиту этого государства. Поэтому никто его суверенитета не лишает. Никто даже не пытается его сделать демократией. Радио «Свобода» не вещает на Ватикан на латинском языке, чтобы демократические ценности им прививать. Никто не называет папу «батькой», как Лукашенко. Никто не говорит, что это последний тоталитарный режим Европы, абсолютная монархия. Все вокруг понимают, что и как, но никто не предпринимает ничего. Потому, что понятно, что это бесполезно, бессмысленно. Кто-то скажет: «Ну, Ватикан. Кому он нужен? Маленькая такая страна». У них ценностей культурных в запасниках хранится столько, что ни в Эрмитаже, ни в Лувре – нигде нет. Ватикан всегда играл в политические игры. На протяжении всей своей исто-рии он играл на той или другой стороне. Все крупные нашествия, которые могли бы лишить нашу страну суверенитета, организовывались Ватиканом. В том числе и знаменитое нашествие Мамая, которое было, по сути дела, не нашествием с Востока, а курилевские купцы подговори-ли Мамая захватить власть и стать отдельной суверенной Московией. Римский папа – Иоанн Павел II сыграл огромную роль в разрушении Советского Союза. Он был поляком. При его по-мощи в Польше организовалась движение «Солидарность», которое было детонатором для раз-рушения всей Восточной Европы и стран Варшавского Договора. Это игрок на мировой арене. Смысл в его захвате всегда есть. Но никто даже себе такое не помыслил. То, что я сказал по отношению к Ватикану подходит ко всем другим странам, которые являются неким идеологическим центром. То же самое можно сказать про Саудовскую Аравию, где находится Мекка. Невозможно себе представить, сколько мусульман в мире поднимется, если кто-то вдруг захочет захватить Саудовскую Аравию, ввести свои войска... Абсолютно невозможно. Потому, что один торговый центр – это цветочки. Там все сравняют с землей, взорвут. Потому Мекка – это залог будущего суверенитета Саудовской Аравии на долгие-долгие времена. Пока существует большой Ислам, это государство будет суверенно. Вашингтон – тоже центр своей религии, демократической. И у нее есть огромное количество поклонников по всему миру. Когда-то, несколько лет назад, центром мирового коммунизма была Москва. Точно та-ким же Ватиканом, своего рода, коммунизма. В Моск00ве сидели и решали: этот правильный коммунист, этот неправильный коммунист и т.д. Если что-то признается Москвой, значит оно коммунистическое, если не признается – не коммунистическое. Когда как идеологический центр Москва исчезла, то начались серьезные проблемы. А когда нет идеологического влияния, нет идеологии, которая может распространяться, то возникает то, что можно назвать геополитикой. То есть, когда государство исходит из своих интересов и борется за них на мировой арене. Был такой английский лорд, который сказал: «У Англии нет личных друзей и личных врагов. У Англии есть только личные интересы». Вот это формула его политики. У нас сейчас огромное количество политиков, и в государственной власти, и в Гос. Думе, которые говорят: «Вот, Россия должна ставить свои интересы, бороться и т.д.». Это неверный подход. Я объясню. Представьте, в вашем окружении какой-то человек будет говорить все время: «Я отстаиваю только свои интересы». На каждую просьбу он будет говорить: «А, что я с этого буду иметь? А выгодно мне это или не выгодно?» Вы будете с таким человеком дружить? Это его право так говорить, так действовать. Но, скорее всего, это не будет тот человек, с которым вы будете охотно общаться. Скорее всего, вы тоже будете ему говорить: «А что я с этого буду иметь?» И это будет сделка, которая в основе своей имеет некое недо-верие друг к другу, а значит, всегда чревата конфликтом друг с другом, когда ведешь разговор о каких-то интересах, и в международной политике это точно так же. Только тот, кто может не просто из интересов исходить, а кто может к вам дружески отнестись. Кто может вам что-то пожертвовать. И вы так же можете пожертвовать, не считая чего-то в своих интересах. Вот с такими людьми общаться гораздо приятнее. Таких людей можно любить. Почему государство не может играть такую же роль, как в человеческом общении? Быть страной, за которую другие страны могли бы отдать свою жизнь, пойти и воевать? А такие при-меры были. Когда «...хату покинул. Пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать». Когда люди встают при какой-то агрессии на защиту другого государства, не говоря уже о сво-ем. Очень часто люди действуют вопреки интересам собственных государств. Это можно встретить сплошь и рядом. Саакашвили часто действует вопреки интересам Грузии потому, что он фанат демократической религии. Ющенко. Вот я знаю такую шутку – блокада Приднестровья: «Подходит к нему Хавьер Солана и говорит: «Ющенко, сделайте блокаду Приднестровья. Заставьте приднестровцев дого-вориться с молдаванами». Ющенко ввел эту блокаду. И что получилось? Каждый квартал поте-ри Украины от этой блокады составляли 200 млн. долларов. Хавьер Солана наговорил и уехал, а 200 млн. долларов платит Украина. За что, спрашивается, она платит? А за то, что хорошее от-ношение. Потому, что очень уважает Ющенко Хавьера Солану, Вашингтон и всех остальных, и вопреки интересам собственной страны, экономике собственной страны, бабушкам, дедушкам, детям платит за свою любовь к НАТО, за свою любовь к Америке. Сплошь и рядом люди действуют так же. Чубайс, который делал приватизацию. Фанати-ки Чикагской школы. Они говорили: «Вот так-то и так-то вы должны делать». Люди умирают, шоковая терапия. Люди нищают, заводы разрушаются, экономика гибнет. Они говорят: «Нет. Вот эта теория правильная. Мы уверены. Должно все получиться». Несмотря ни на что, они действуют исходя из таких вещей. Поэтому, когда мы исходим из собственных интересов и ведем диалог: «Ты мне, я тебе», мы никогда не будем любимы другими народами. А именно это основная цель, чтобы Россию любили, чтобы она очаровывала всех, чтобы люди готовы были своими интересами жертвовать, для того чтобы быть с ней. Потому, что она что-то дает. Она дает какие-то ценности. Иными словами, формула такова: не бороться за место под солнцем, а самому быть солнцем, которое светит, и за место под тобой другие уже борются. Вот к чему должны стремиться. Но возникает вопрос: «Как быть самому солнцу?» Не можем же мы вечно кому-то давать, для кого-то жертвовать. Советский Союз, он был, свого рода, попыткой такого поведе-ния. Когда возникали различные национально-освободительные движения в Латинской Америке, в Африке, Советский Союз выступал дающей страной. «Вам миллиард, вам миллиард. Давайте освобождайтесь». Он всем раздавал. Все его за это любили. Но материальные ресурсы быстро истощаются. То есть, когда ты жертвуешь для кого-то материальные ресурсы, ты конечно солнце, но солнце, которое истощает свой свет. Экономика Советского Союза была очень сильно подорвана помощью братским народам, движениям дру-гих стран. Пол Африки содержали, пол Латинской Америки, в Восточную Европу давали. Сами жили хуже, но чтобы обеспечить у них нормальный уровень жизни, чтобы они куда-то не пере-бежали. Конечно, материальные ресурсы когда-то истекают. Поэтому, уж если что-то давать, то из такого источника, который никогда не иссякает, с которым ничего не может случиться. И один из таких источников – религия. Это могут быть также какие-то духовные ценности, фило-софские. Это какой-то новый образ жизни. В конце концов, как Америка делает, это просто по-пулярная культура. Это рок группы, ансамбли. Америка захватила рынок поп-культуры всего лишь в 60-е годы ХХ века. До этого он был ничей. Они его захватили и сейчас эксплуатируют. Раньше нельзя было себе такого представить, что популярные песни должны быть только на английском языке. Все звучали. После второй мировой войны в Европе песни на русском языке звучали больше чем на английском. Их слушали. Танцевали под них. Покупали пластинки. Все это было нормально. Но потом все было вытеснено. И рынок полностью, и системы, которые он продвигает, полностью на английском языке. Поэтому, экспансия должна быть во всех направлениях. Суверенитет России зависит не от военных, не от мощной экономики, не от атомной бомбы, которая у нас есть и которая ничем не поможет, если по Косовскому сценарию, например, Китай пойдет, будет захватывать что-то, никто не будет никаких атомных бомб взрывать. Суверенитет России – в руках художников, поэтов, музыкантов, философов и т.д. – в об-щем, любого креатива. Если вы будете создавать некую креативную духовную продукцию, ко-торая будет интересна всем, то к вам соответственно будут относиться, и вы, таким образом, будете служить своему государству. Когда, в свое время Екатерина II и Петр III отменили дворянскую службу, в наших учеб-никах писали, что вот какие плохие были царица и царь. Они просто хотели побольше эксплуа-тировать крестьян. Дворяне раньше обязаны были служить. А теперь они даже не служат. Сидят у себя в имениях. Эксплуатируют несчастных крестьян. На самом деле в этом был главный смысл. Понимала Екатерина, что эти люди, которые будут иметь достаточно свободного време-ни, будут создавать какие-то духовные, культурные ценности, которые послужат не меньше, чем военная служба. И действительно, через 50-100 лет мы имели плеяду: Пушкин, Глинка, Мусоргский, Чайковский, Лермонтов ... Все они вышли из дворян. Начался, так называемый, Золотой век русской культуры, который до сир пор ценится на Западе. Все помнят Достоевского. Все скажут про Чайковского, про Глинку... и, действительно, если какой-то синоним есть у русской культуры, то это как раз те люди, которые из этого всего родились. Невозможно построить Россию в отдельно взятой стране. Россия должна быть построена в мозгах каждого человека на планете. Каждый должен иметь позитивный образ России. При-чем, этот образ – олжны видеть, что у американцев, например, национальных конфликтов боль-ше чем у нас, что есть страна, в которой мирно живут все национальности. А у них постоянно идут трения между латиносами, афроамериканцами, белыми. Постоянно какие-то трения, убийства. Живут отдельными районами. В той же самой Франции поджоги случаются. Они должны смотреть на нас и говорить: «А у них живут мирно». То есть образ жизни – такая вещь, которая очаровывает всех: «Надо же, вот у них все хорошо, а у нас не получается». Поэтому во всех сферах мы должны быть привлекательны. Еще такой пример приведу. В Японии есть закон: каждые 10 или 20 лет все построенные здания сносят в обязательном порядке и на их месте строят новые. Потому, что они устаревают. Но закон имеет исключение – памятники культуры не могут сноситься. Вот в этом смысле мы должны построить такое государство, которое должно быть своего рода памятником культуры. Чтобы оно в принципе не подлежало сносу. Это должна быть очаровательная вещь, которая влюбляет в себя народы других стран. Теперь я готов ответить на вопросы.
Вопрос из зала: Для того, чтобы государство, действительно, стало независимым и суверенным, нужно проводить духовно-нравственное, патриотическое воспитание молодежи. Сегодняшняя ситуация с таким воспитанием оставляет желать лучшего. Ни на одном, даже государственном канале не показывают ролики, направленные на духовное, нравственное, пат-риотическое воспитание молодежи. Зато очень много рекламы, по сути, бесполезной. Каково Ваше мнение по этому поводу? Спасибо.
Матвейчев О.А.: Я согласен с Вами. Много нареканий, и не только у пожилого поколе-ния, по поводу того, что происходит у нас на телевидении. Честно говоря, для меня самого за-гадка, почему такие вещи происходят. Реклама – это еще не самое страшное. Показывают ино-гда такие фильмы, которые смотришь, и кажется, как будто в 1989-м году. Тогда модно было поливать грязью всю нашу историю, разжигать вражду. И сейчас показывают документальный фильм, да еще в праздник, в котором на нас льется грязь. Кто это делает? Как это все просачивается? Я задавал эти вопросы тем людям, которые как-то могли на это влиять, но ответ был такой: «Мы не можем стоять постоянно над душой у телевизионных продюсеров и говорить им, что делать. Есть определенные вещи, которые мы принципиально указываем, государственная политика должна вестись в таком-то тоне. Но периодически возникают вот эти вещи». Коррупция может быть не только в административном, но и в информационном плане: «Мы тебе деньги заплатим, а ты этот фильм покажи». Вот нужно и там эти лапы отрубать, чтобы таких решений не было.
Вопрос из зала: Олег Анатольевич, Вам не кажется, что проблема духовно-нравственного воспитания – это проблема всей Европы, в которую вмешалось НАТО? Спасибо.
Матвейчев О.А.: Наши государственные деятели заняты действительно очень важными делами. Прежде всего – это мировой энергетический рынок, это серьезные геополитические проблемы. И каждое решение – это десятки, сотни млрд. долларов. Они занимаются очень большими проблемами. И не всегда у них доходят руки заниматься другими, более мелкими. Да! Надо заниматься молодежью. Да! Надо заниматься Украиной. Нужно и тем, и тем, и тем за-ниматься, но их силы, их умения, опыт требуется в самых насущных вопросах. Поэтому задача стоит в том, чтобы мы сами этим вопросом занимались. Средний уровень власти и само граж-данское общество. Невозможно все у государства просить. То же самое нравственное воспита-ние. Его нужно начинать с себя. Откажись от каких-то вещей. Воспитай себя. Показывай другим пример. Я по себе могу сказать. Десять лет назад я был другим человеком, в значительной мере. Для меня не было вопроса кого-то обмануть, кого-то надуть и т.д. Сейчас я не могу себе позволить такое поведение как раньше. Если бы каждый так за себя взялся, то было бы нормально.
Вопрос из зала: Вы сказали, что уже несколько дней находитесь на Селигере. Согласны ли Вы с тем, что Селигер можно считать небольшой моделью центра демократической рели-гии?
Матвейчев О.А.: Селигер может быть моделью, своего рода, общества, некой общины. У меня был два дня назад здесь доклад «Зеленая революция». И я показывал, как могут прово-диться реформы в России. И говорил о том, что люди должны выселяться из городов и жить общинами, колонизировать огромную территорию, которая у нас есть. И должны быть разные социальные инновации, то есть новые способы жизнеустройства. Селигер мог бы быть моделью такого рода общины. Не знаю, насколько моделью демократической или недемократической. Это неважно. Слово «демократия» давно превратилось в пустой звук. Каждый понимает под ним все, что угодно. Меня, например, мало волнует, что такое демократично и недемократично. А вот хорошо ли, удобно ли оно для тех, кто в нем участвует, нравится им или не нравится – это уже намного лучше. Есть люди, которые прекрасно живут в недемократических странах. Их все абсолютно устраивает. И, слава Богу, что их все устраивает. И их не надо ничему учить.
Вопрос из зала: Скажите, пожалуйста, на чем может быть построена глобальная миссия российского лидерства в современных мировых условиях, и когда у нас начнется про-гресс?
Матвейчев О.А.: Я думаю, что вы должны двигаться по всем направлениям, начиная с самых высших. Например, философия. Я считаю, что в мировой философии наметился серьез-ный кризис. Постмодернизм уже умер в лице своих основателей. Философский рынок ждет но-вого «изма». Можно устраивать экспансию. У нас есть неплохие люди. Вот религия. Интересная модель. У нас есть интересная, известная, как бы российская модель ислама. Она, как мне кажется, вполне конкурентоспособна, потому что это по сути своей мирный ислам со своими ценностями. Я не специалист, но думаю, что он может стать если не альтернативой, то своей версией для обращения в исламскую веру. У нас есть православие, которое очень конкурентоспособно. Если взять книги Андрея Кураева, перевести их на другие языки и отдать в Европу, будут читать. И с огромным удовольствием. Потому, что у них ничего подобного нет. У них католики, протестанты. Исключительно морализаторские тексты. Никакого желания не возникает их читать. Другое дело – Кураев. Образ жизни. Я уже говорил про «Зеленую революцию». Если мы сумеем осуществить экологическую модернизацию, Россия станет экологически комфортной страной. Представьте себе – у каждого отдельный дом, у каждого по гектару земли, где растут экологически чистые продукты. Все это связано в Интернет-сети, работает малая авиация, по рекам ходят маленькие лодки, пароходики. То есть все живут в естественных условиях. Питаются нормальными про-дуктами питания и производят еще какой-то креатив при этом. Просто рай для интеллектуалов. Такой образ жизни желателен всем. Такой образ жизни ни одна другая страна себе позволить не может. Китай – это выжженная индустриальная пустыня. Там нет ни одного деревца. Там все засохло. Дышать там невозможно. Америка – это такая же в значительной степени страна. Там есть только национальные парки, в которых красиво. Все остальное – либо пустыни, либо камни, либо остатки индустрии. Россия же – наиболее уютный уголок. А что касается массовой популярной культуры, тут вообще, все карты в руки. Если каждый будет что-нибудь такое выдумывать и это все продвигать, будет просто замечательно. То есть нужно действовать по всем направлениям.
Вопрос из зала: Олег Анатольевич, Вы не первый раз говорите о создании таких поселе-ний, где люди смогут жить, мыслить креативно и создавать что-то новое. Вы не пробовали писать какие-то отдельные проекты и продвигать их на более высокий уровень?
Матвейчев О.А.: Есть такая закономерность, что определенные идеи доходят до вла-стей, до общества с каким-то определенным временным опозданием. Такой период может со-ставить от двух до пяти лет. Когда в начале 2000-х годов я говорил про игровые автоматы, что люди демагогией занимаются, что пора их запретить. Акции организовывал в Интернете. Через два года в Госдуме услышали. Потом начали запрещать, как-то с этим бороться. Здесь идея мо-жет быть более сложной для понимания, усвоения. Поэтому приходится пропагандировать. Что касается отдельных проектов, то они пишутся, делаются, подаются. У нас есть разные организа-ции, выдающие гранты. Мы стремимся попасть в их программы. Существуют и популярные версии. Например, Михаил Ковалев прочитал книжку «Суверенитет духа», вдохновился и напи-сал книгу «Воины креатива», интегрировал ее в другие проекты. Его идеи получили конкретное воплощение и развитие. Какие-то проекты пишутся, подаются, лоббируются, буквально здесь, на Селигере.
Вопрос из зала: Вот Вы здесь говорили о загранице. В частности, про Америку. В част-ности то, что происходит там с Америкой: музыка и фильмы, что молодежь все это впиты-вает. А эта культура, в принципе, ничего хорошего в наше общество не привносит, поскольку большинство фильмов часто включают в себя элементы жестокости, и большинство – с не-нормативной лексикой. Несут с собой какую-то неприятную подоплеку. Почему же тогда большая часть молодежи стремится уехать за границу? Большинство из моих друзей. Даже в моем городе существуют программы, в рамках которых, человек на несколько месяцев или да-же на год уезжает, предположим, в Америку или в Германию, Англию для того, что бы жить там, учиться, зарабатывать деньги.
Матвейчев О.А.: Бывают такие американские фильмы, где никакой жестокости нет. Но вопрос здесь в другом – они являются неправдой. Те, кто бывал в Америке, мог своими глазами увидеть, что такого количества звезд, так сказать, красивых девушек на улице или в школе, как они показывают, увидеть невозможно. Это общество либо абсолютно толстых людей, либо тех, кто всевозможными «фитнесами» выжал себя как лимон и стал похож на скелет. Попытки мно-гих уехать куда-то там заграницу и где-то там работать я считаю элементарным неуважением к себе. Я приезжаю в Германию и вижу, как наши парни, девушки работают уборщиками в туале-те. У кого работают? Может быть, у тех людей, которые приходили в нашу страну и убивали здесь. А наши работают, унижаются еще потому, что не уважают себя. А почему не уважают себя? Из-за того, что не знают свою собственную историю, прежде всего. Не знают своих корней. Потому что вот то самое сознание у них полностью деформировано, искоренено, потому, что учились не столько на американских фильмах, сколько на наших антироссийских фильмах. Надо... Это то, о чем я и говорил. Нужно пропагандировать нашу историю. Рассказывать настоящее, то, что на самом деле было. Потому что наша настоящая история на самом деле прекрасна. Она полна героических, хороших, красивых, благородных страниц.
Вопрос из зала: Скажите, пожалуйста, существует проблема нехватки рабочей силы и необжитости больших территорий. А буквально два года назад из Краснодарского края более тысячи человек было отправлено в Америку, где они развивали территории. Почему наше госу-дарство не предложило им подобные условия – поселиться, допустим, где-нибудь в Сибири или другом месте? Люди в Краснодарском крае работали, жили, зарабатывали, делали то, что ни-кто другой бы не делал. А их просто выгнали оттуда.
Матвейчев О.А.: Я считаю, что это просто откровенное безобразие, когда кого-то выго-няют из страны. Проблема нашей страны состоит в том, что население убывает из России. У нас огромные неосвоенные территории. Нам, наоборот, нужно привлекать сюда людей из других стран. Нам нужно по всему миру бросить клич, что здесь бесплатно раздаются земли. Гектары. Приезжайте. Осваивайте. Знаете, я был в Америке на Диком Западе, куда все приезжали и осваивали огромные территории. Забил в землю кол, сказал: «Мое!». И живет на этой земле. Так и здесь, нужно всю Сибирь открыть для заселения. Пусть из Индии приезжают, из Африки – откуда угодно. И пусть все живут. И все заселяют. Всех страна вместит, переработает и найдет способы со всеми нормально ужиться и со всеми нормально договориться.
Вопрос из зала: Здравствуйте, Олег Анатольевич. Вы говорили, что Саудовская Аравия, Ватикан – это те страны, которые имеют идеологическую подоплеку. Что они успешны по-тому, что имеют такую идеологическую изюминку. Как Вы считаете, какую идеологическую изюминку, особенность нужно иметь России?
Матвейчев О.А.: России нужно заявлять о себе во всех направлениях. И в области рели-гии, и в философии, в массовых культурах, в образе жизни. Но, вообще-то можно любой какой-то мощный, масштабный проект взять и реализовать. У меня вот есть знакомый, в книге об этом я пишу, который занимается проблемой продления человеческой жизни. Он такой фанатик, коллекционер. Все известные способы продления человеческой жизни он собрал у себя. Разные направления. Со всеми учеными переговорил. За границу съездил. Почему не сделать единый национальный проект? Если мы все деньги Стабилизационного фонда вложим в продление жизни по всем направлениям… Представьте, изобретем мы какую-нибудь таблетку бессмертия на сто лет – выпил ее и живешь еще сто лет. И у нас уникальное такое торговое предложение по всему миру. Можем по всему миру ее продавать. И быть богатыми. Мы просто можем этим хвастаться. Как в космос мы полетели, точно также мы сделали. Причем корни этой идеи, хоть космоса и продления жизни одни и те же. Был такой русский философ Федоров. Он в свое время говорил о том, что мы должны дорожить жизнью. Вообще, даже мертвых оживлять и т.д. А поскольку тогда будет перенаселение тогда нужно лететь в космос. Федорова начитался Циолковский, а Циолковского начитался Королев. Построил ракету, на которой Гагарин первым полетел в космос. И этот потенциал не исчерпан. Мы можем брать идеи в нашей русской философии и продвигать их. Как благородную гуманитарную вещь. Весь мир же спасибо скажет, если мы весь мир научим жить 200-300 лет. Или вообще бессмертными всех сделаем. Все же нам спасибо скажут. Разве можно на такую страну нападать, разрушать, что-то с ней делать? Нельзя. Таких проектов может быть много.
Вопрос из зала: Здравствуйте, Олег Анатольевич! Вы сказали, что в нашей стране сей-час нет идеологии. А есть в мире страна с настоящей здоровой идеологией, здоровым духов-ным и нравственным обществом? Это первый вопрос. И второй вопрос. Вы сказали, что пять лет назад были другим. Сейчас Вы очень изменились. Что вас сподвигло измениться, измени-лось ли окружение вокруг Вас, и каким образом это происходило?
Матвейчев О.А.: Если говорить про меня, то меня сподвигла к развитию моя же собст-венная деятельность. Когда я занимался темой манипуляций массового сознания, я просто уви-дел, как такими же манипуляции используют по отношению к нам. Для меня стало очевидно, что есть люди, есть технологии. Я посмотрел на наше прошлое, на историю. И обнаружил, что даже революция 1917-го года была в значительной степени осуществлена с помощью тех же са-мых манипуляционных методов. Когда стал находить в истории множество подтверждающих примеров, я просто по-другому взглянул на мир и сам изменился. Я обнаружил, что на какие-то действия я никогда не смогу пойти. Что касается второго вопроса, про окружение, то, конечно, окружение тоже меняется. Я имею в виду не то, что я меняю в окружении сам, других людей, но и моих знакомых, мох друзей, родственников. Как и вся страна. У нас, в принципе, страна меняется в положительном направлении, на самом деле. Да, может быть, не так быстро как хотелось бы. Люди стали ходить в церковь. Стало больше людей-патриотов. Раньше слово патриот считалось ругательным. В середине 90-х годов прошлого века было невозможно себе представить, что кто-то про себя сказал: «Я патриот страны». Да его бы засмеяли. Сейчас это уже не так. Второй вопрос, существует ли государство, которое бы являло собой образец нравственности, совершенства... Специально я об этом не задумывался. На мой взгляд, все государства имеют свои проблемы. В мире сейчас наблюдается как раз именно такой кризис, когда нет какого-то единого образца. Нет такого единого источника света. И именно это дает возможность России стать этим источником. Когда-то наша страна уже была таким источником света, для всех, но авторитет пошел на спад. Все видят и понимают агрессию Америки по отношению к ей неугодным. И этим уже никого не соблазнить. В Европе тоже происходят пожары, погромы. Постоянно возникают какие-то экономические проблемы. Молодежь бунтует во Франции потому, что возникает экономическая неустроенность. Вежде огромное количество людей пенсионного возраста, требующих себе социальных гарантий, а на самом деле работать некому. И пока у них такие трудности, они не могут стать авторитетами, место авторитета пока вакантно, вакантно место источника света. И мы можем его занять. Только нужно действовать достаточно быстро.
Вопрос из зала: Олег Анатольевич, Вы сказали, что суверенитет духа лежит на миро-любивых, равных реалиях. На Ваш взгляд, что мешает России приобрести суверенитет духа в мировом сообществе?
Матвейчев О.А.: Мешает отсутствие целенаправленной государственной политики. Ведь пока для нас, для государства наиболее злободневными являются вопросы религии, продо-вольственной безопасности, энергетической безопасности и т.д. Потому, что там сейчас проис-ходит большой, серьезный передел рынка. И все силы там. Правильно Путин сказал: «Работал 24 часа в сутки, как раб на галерах». И он действительно работал. Все силы свои посвящал работе над этой проблемой. Работал над этим «Южным потоком», «Северным потоком». Над этими сетями, которые там в Европе. Потому, что речь идет об этой самой цене на нефть, цене на газ. О миллиардах, десятках, сотнях миллиардов долларов. Он эти проблемы решал потому, что просто не мог их оставить без внимания. Ну, представьте, занимался бы Путин вместо этого вопросами религии или еще чем-то еще. И сказал бы: «А газ, пусть растет, как хочет. Пусть на-ши месторождения американцы забирают». На Сахалине, например. Ну, разве так можно? Пусть Ходорковский продал «Юкос» кому-то за 20 млрд. долларов. Плюнул бы на это Путин и сказал: – «Ну и ...». И, представьте, все российские деньги при нынешних ценах на нефть были бы сейчас американскими. И вот этот стабилизационный фонд был бы не у нас, а принадлежал бы Америке и американским миллиардерам. Ну конечно, не мог Путин этого допустить. А вот то, что Вы сказали про лидерство духовное, должно зависеть от самих людей. Если у нас появятся креативные люди, никакое государство не сможет запретить им выдвигать новые идеи, быть источниками нового образа жизни, новую музыку писать и т.д. Более того, государство даже поддержит немного. Но многое зависит от большого количества этих людей, они должны создать такую критическую массу и начать экспортировать свой духовный продукт.
Вопрос из зала: Наша страна имеет огромные рычаги, огромные сферы влияния в виде русских диаспор в других странах. И если мы будем поддерживать их, то через какое-то время сможем перенести все эти «оранжевые», «розовые» революции на их территорию, чтобы у них просто-напросто времени на нас не хватило, чтобы не претендовали они на нашу терри-торию. Почему пока настолько слабая работа идет именно с русскими диаспорами?
Матвейчев О.А.: Здесь, действительно, есть определенные сложности. Русские диаспо-ры имеют определенную специфику. Русские диаспоры появились по историческим меркам не так давно – сто лет назад. Раньше, на самом деле, миграция шла в Россию. Немцы приезжали в Россию, как сейчас русские едут в Германию. Сколько шотландцев сюда приехало, сколько ир-ландцев. Те же самые евреи. Восточные государства. К Российской Империи совершенно доб-ровольно присоединялись целые народы, жить в России считалось привлекательным и удобным. Первая волна иммиграции произошла во времена революции. Тогда очень много людей уехало. Вторая волна произошла в 1970-е годы, когда по различным договорам с Америкой, с Израилем разрешили выезд. Потом 90-е годы ХХ века. Уезжали, прежде всего, непатриотично настроенные люди. Поэтому очень трудно с ними работать, трудно считать их патриотами, если они изначально таковыми не были. Мы даже внутри страны не можем создать такую большую патриотическую базу. Не можем сделать так, чтобы все 150 миллионов человек были патриотами. А превратить непатриотов в патриотов очень сложно. Данная задача требует дополнительных усилий. И она явно на второй план поставлена. Работать с ними надо, но и это не гарантирует результат. Проводили с ними конгрессы соотечественников. Даже термин такой появился – «профессиональный соотечественник». Это такие люди, которые ездят по всяким конгрессам, по разным мероприятиям. Говорят: «Мы пропагандируем ценности». Тратят деньги, получают гранты, а потом исчезают. Получается очень большая симуляция. Поэтому моя позиция такова: пусть, если они такие патриоты, такие молодцы, просто вернутся в Россию. Вот и все.
Вопрос из зала: В настоящее время мы работаем над проектом, цель которого во мно-гом совпадает с Вашими идеями. Поэтому мы хотели бы попытаться получить у Вас ответ на вопрос. Можно ли мотивировать творческую элиту России к тому, чтобы она производила продукт, который сделал бы нашу культурную традицию популярной в мире? То есть сделал бы ее культурным лидером. Какие способы мотивации можно применить, помимо тех, кото-рые использовала Екатерина II?
Матвейчев О.А.: Нужно использовать простые способы мотивации. У нас есть несколь-ко фондов, которые раздают гранты. И вы, кстати, можете разработать проект под эти гранты. Посетите сайт www.znaniesvet.ru, почитайте о специальных грантах для молодежи. Каждый мо-лодой человек может анонсировать и представить для гранта свое художественное произведе-ние, фантастический роман, культурное, историческое произведение. И получить грант. И заниматься и работать над этим. Пожалуйста. Можете это делать. Это самый элементарный способ. Второй способ мотивации более сложен и требует серьезного изменения системы образования. У нас детей в школе учат не тому. До сих пор много школ, где дети учатся по соросовским учебникам истории. Джордж Сорос когда-то заказывал через Фонд «Открытое общество» специальные учебники, которые очерняли, фальсифицировали историю России. Систему образования нужно менять. А если заглядывать совсем далеко, я считаю, что нужно официально установить 4-х часовой рабочий день для всех вообще. Тогда безработицы будет меньше, а свободного времени – больше.
Вопрос из зала: Вы сказали в своем выступлении о том, что историю надо пропаганди-ровать. Согласны ли Вы с высказываниями некоторых политиков о том, что вся история не-правильная, и ее следует переписать? И уверены ли Вы в том, что все факты истории, кото-рые даются нам в школах и институтах, соответствуют действительности?
Матвейчев О.А.: Я уверен абсолютно в обратном. Все, что преподается у нас в школах, институтах, нуждается в очень серьезной переработке и коррекции. Это наследие уже перепи-санной истории – после 1917-го года российская история была переписана в очень значительной степени. Потом она переписывалась в демократические времена, в 1990-е годы, в еще большем объеме. Поэтому нам нужно вернуться хотя бы к той истории, которая преподавалась в конце XIX века, с одной стороны. Но дело в том, что с тех пор история как наука ушла далеко вперед. Существует очень много интересных источников. Арабские источники очень интересные, в которых рассказывается история нашей страны. Археологические исследования, которых не было в XIX веке. Ключевский и Соловьев писали по летописям, подлинность сведений в которых нельзя было проверить потому, что никаких археологических данных не было. Археология как наука тогда еще не существовала. За это время у нас археологи столько всего выкопали, узнали, что на самом деле только специалисты истинные знают. Вот издается монография докторская тиражом 500 экземпляров и ее специалисты читают. А на самом деле о том, что было, никто не знает. Систему образования нужно полностью менять. Но есть такие люди, которые уже не могут в школе учиться, так как уже в возрасте, скоро внуки у них пойдут. Есть масса людей, которые никогда не станут профессиональными историками в силу того, что работают, например, программистами или еще кем-то. Есть интересный способ учить историю – это внутренний туризм. И я считаю, что Россия должна стремиться стать не энер
